Постановка самая скромная. На сцене лишь какое-то школьное барахлишко: столы да скамейки, застиранные тряпицы и написанные самими студентами плакаты. Ни костюмов, ни грима. И даже если по-честному говорить, то и актерского мастерства исполнители еще не накопили.

А что же все-таки было? Отчего такие горячие аплодисменты не утихали в зале на протяжении всего спектакля?

Была сила убежденности. Так и искрились в этом спектакле настоящий талант, щедрая изобретательность, та настоящая театральность, о которой мечтали и Станиславский и Вахтангов и которая еще в шекспировском "Глобусе" заставляла зрителей верить, что табличка, на которой написано "лес", открывает перед ними настоящую лесную чащобу. Видно было, что ребята на училищной сцене в арбатском переулке целиком захвачены тем, что они здесь говорят и делают, - им самим интересно, и они верят каждому произносимому слову.

Человек "должен, должен быть хорошим", - с яростной настойчивостью повторял Брехт, и эту его мысль со всей его верой и со всею доступной театру силой убежденья несли в зал выпускники Щукинского училища в спектакле, который поставил режиссер Юрий Любимов.

А.Марьямов. С Арбата на Таганку. - "Юность", 1965, №7.

В тот незабываемый вечер "Добрый человек из Сезуана" произвел на москвичей 60-х годов, вероятно, не меньшее впечатление, чем знаменитая вахтанговская "Принцесса Турандот" в 20-х. Удивительно, что в основе обоих спектаклей, по капризу судьбы, лежала далекая от московских будней восточная притча, позволявшая разыграться буйной театральной фантазии. Ни на одно мгновенье молодые актеры Любимова не скрывали, что играют в театр, импровизируют китайскую походку, китайские жесты и речь. И вместе с тем со сцены в зрительный зал шли непрерывные токи жгучей жизненной правды. Актеры обращались к зрителям как к соучастникам спектакля, произносили страстные монологи, разыгрывали жанровые сценки, прерывали действие пением "зонгов" под гитару, смеялись, отчаивались, плакали и снова смеялись вместе с нами.

В Москве родился новый, ни на какой другой не похожий театр, - новаторский, дерзкий, неравнодушный. Он заставил вспоминать лучшие традиции русской сцены, и вместе с тем это был театр остро современный, без которого уже невозможно было представить сегодняшнюю Москву.

А.Гершкович. Театр на Таганке.

Из коллекции театральных программок